Fieldset
Последний удар

После отказа от лекарств и ухода из больницы мне было не по себе, я была вне стационарных условий, и это подавляло меня.

После отказа от лекарств и ухода из больницы мне было не по себе, я была вне стационарных условий, и это подавляло меня.

Вместе с родителями мы пытались найти альтернативное лечение, другими лекарствами или травяными средствами, но все это имело лишь временное воздействие, я не выздоравливала.

Мои легкие продолжали разрушаться.

Прошло несколько месяцев, сотрудники MSF постоянно звонили мне и пытались убедить меня возобновить лечение, но я не хотела их слушать.

Очередной звонок от MSF поступил 29 декабря 2009. Я очень хорошо это помню, приближались праздники, а у меня не было никакой надежды.

После долгого разговора с врачом я согласилась продолжить лечение и зарегистрироваться в ближайшем медицинском пункте. На следующий день, 30 декабря, я пошла в ближайший медпункт вместе с моими родителями и получила свои лекарства, хотя все еще сильно боялась побочных эффектов.

Это был самый ужасный день в моей жизни. Словами не описать испытываемое мной адское состояние. Побочные эффекты были невыносимы. Я позвола врача и разрыдалась. Мне было так плохо, что я была не в состоянии объяснить ему мое состояние. Я лишь сказала ему, что я не могла принимать эти лекарства.

31 декабря я пообещала своей маме, что вылечусь, хотя и не знала каким образом, потому что мне были неизвестны другие способы лечения, кроме того, которое мне прописали.

Скоро мое состояние резко ухудшилось. Я много кашляла и при каждом вздохе слышала хрип в своих легких. Я начала понимать всю безвыходность моего положения, из-за чего у меня началась депрессия.

Несмотря на то, что я изучала психологию, я не могла сама себе помочь. Я даже не могла думать. Я была на краю пропасти и впервые в жизни почувствовала нужду в психологической помощи.

Визит к психологу помог мне обрести уверенность. В то же время, осознавая серьезность моего положения, я поспросила моих родственников сообщить моему мужу, что я нуждаюсь в его присутствии.

По прошествии нескольких дней мой муж вернулся из России. Казалось, все не так плохо, но мне еще предстояло получить тяжелейший удар: мой муж хотел вернуться в Россию, но я не могла его сопровождать, потому что я еще не была вылечена, и никакой возможности излечиться мне не виделось.

Мы поссорились, и он покинул меня навсегда.

Развод был последним ударом, который изменил мою судьбу.